# Про Ивана Грозного

Времён крутых и сумрачных свидетель,
На троне русский царь, Иван Васильевич сидит.
В его глазах и сталь, и пламень адский,
Он Грозный, властелин, судья, палач и врагский бич.

На юность пала тень боярской власти,
И игры в царство, смуты, злобы пасть.
Но вырос он, узду накинул крепко,
И взял бразды правленья в свою смертную горсть.

Казань пала, Астрахань смирилась,
Сибирь открыла двери в даль без края.
Земли российские росли, крепли и ширились,
Под сенью двуглавого орла, закон свой утверждая.

Но в сердце царя жила и вечная тревога,
Боярский гнев, измены шепот тихий.
И опричнина, как черная дорога,
Прошла по Руси, сея ужас ликий.

Кровавый пир в Новгороде суровом,
И души, что взлетели к небесам.
Проклятья шепчут в страхе поголовном,
И царь один, в своем безумном храме.

Убил он сына, в гневе нестерпимом,
И понял ужас сотворенного греха.
В слезах, в молитвах, в покаянье мнимом,
Пытался искупить свой путь тернистый, грешный прах.

В его душе - сплетенье силы, слабости и страха,
Меж гением и тьмой, меж светом и углом.
Иван Васильевич, великий и ужасный,
Оставил след на полотне времен, не смытый и сейчас дождем.